Второе блюдо фестиваля — зажаренная Белоснежка
У поваров каннской кухни есть давний секрет Полишинеля: реальных претендентов на главные призы фестиваль старается собрать ближе к финалу (два года назад Гран-призер образовался, когда многие решили, что все ясно, и разъехались). В этом году на финишной прямой собраны фавориты последних лет фильммейкеры Японии и Китая, там же наш Александр Сокуров с "Тельцом", который будет показан 17 мая.
"Шрек": актеры могут отдохнуть
Шрек и его друг осел
"Шрек" — сенсация. За 30 лет это первый случай, когда в каннском конкурсе наравне с игровыми картинами соревнуется полуторачасовой анимационный фильм. И это подтверждение прогноза относительно близкой безработицы актеров: первенство по мастерству пока держит ослик с голосом Эдди Мэрфи. Фестивальный зал на этом фильме проснулся, много хохотал, а в финале долго и весело хлопал.
Компьютерную сказку сделала команда студии "Дримуоркс", связанная еще с муравьиным фильмом "Антц". Режиссер Вики Дженсон была художником на "Дороге к Эльдорадо", ее коллега Эндрю Адамсон выдвигался на "Оскара" за спецэффекты к лентам о Бэтмэне. Кроме Мэрфи, "Шрека" озвучивали Майк Майерс, Кэмерон Диаз и Джон Литгоу. Это комедия и она весело пародирует, выворачивает наизнанку сказки о Белоснежке, драконах, рыцарях и матушке Гусыне: "Ничего святого — каждая сказка подается зажаренной", — объясняет продюсер Арон Уорнер. Любимые герои тяготятся навязанными им ролями, а на самом деле они другие: огнедышащий дракон ждет ласки, принцесса даст сто очков Киану Ривзу по части матричных приемов, а людоед лакомится главным образом мышами и ему не хватает любви. Сюжет и диалоги смешны, ситуации неожиданны, в углах кадров мелькают то Буратино, то Три поросенка, то рыцари Ланселота, превращенного в туристический объект.
Шрек, друг-осел, и принцесса-Белоснежка
Рукотворной анимации хронически не удавались человеческие персонажи — компьютер вдохнул в них жизнь. Громоздкий увалень Шрек сыгран с обаянием нашего Леонова, замороженная Николь Кидман не сравнится с Принцессой — не менее красивой, но лукавой, изменчивой и многоликой. Каждый эпизод содержит больше таланта, чем все ленты, которые мы успели посмотреть. Забавно, что в рейтингах журналов "Мувинг пикчерс" и "Скрин интернешнл" фильм пока лидирует, опередив то, что мы называли "художественным кино".
Включение "Шрека" в конкурс провокационно: Канн напоминает, что компьютер грозит стать главным инструментом кинопроизводства, он может состязаться с актерами и даже их заменить. Зато открывается поле деятельности для художников — они теперь могут творить свои миры, в них жить и лицедействовать по системе Станиславского.
Медленное кино
Кадр из фильма "Я возвращаюсь домой"
Медленный фильм "Я возвращаюсь домой" показал и 92-летний уникум португальского кино Маноэль де Оливейра, и этот завораживающий темп становится едва ли не главным художественным открытием картины. Оливейра показал драму старения не через физиологическое увядание, морщины и другие аксессуары — а через изменившийся темпоритм. И мы почувствовали, как жизнь стареющего, но полного амбиций Акелы выходит из-под контроля, а мир на прежней скорости уносится куда-то в новое, но уже недоступное ему измерение. Популярный актер (его играет Мишель Пикколи) во время спектакля узнает о гибели в автокатастрофе жены, дочки и приемного сына. Он остается с внуком и театром, без которого не может жить. Действие идет почти в реальном времени: спектакли, репетиции, ритуальное кофепитие в парижском кафе, переговоры о роли на телевидении, съемки в фильме заезжего американца (Джон Малкович). Напряженный сюжет картины — мучительное сопротивление человека надвигающейся старости. Однажды он поймет обреченность барахтанья и все бросит на полуслове: "Я возвращаюсь домой!". Эта бытовая трагедия повторяется в каждой жизни, и Пикколи играет ее с шекспировской мощью.
Американский цирюльник
10 лет назад братья Коэны уехали из Канна с Гран-при за "Бартона Финка" — теперь они привезли черно-белый фильм "Человек, который там не был". В их пестрой биографии эту ленту можно считать возвращением к "Первой крови" — стильный (точнее, дивно стилизованный), великолепно выстроенный и хирургически бесстрастный образец хичкокианского film noir. Парикмахер Эл Крэйн из американской глуши 40-х, тоска ежедневной рутины, глупая жена, которая вечно крутит на стороне — герой Билли Боб Торнтона томится и ненавидит окружающее. Судьба подбрасывает шанс: можно войти в перспективный бизнес и основать в городе химчистку, но для этого нужны 10 тысяч баксов. Он решается шантажировать владельца универмага, с которым его жена крутит любовь, но события быстро выходят из-под контроля. На мой вкус, картина сильнее в формальных изобразительных решениях, психологических характеристиках и аранжировке деталей, чем в раскрутке сюжета, переусложненного и требующего отдельного внимания. Она напоминает фортепьянный этюд, сыгранный технически безупречным профессионалом для демонстрации блестящего мастерства, но не состояния души.
Источник
0 комментариев:
Отправить комментарий