"Оскар": как не выплеснуть ребенка

Самая напряженная и непредсказуемая церемония за многие годы.

Грянувшая в одночасье война в Ираке задала организаторам "Оскара" мучительную головоломку. Гламурные действа с ослепительными улыбками плохо сочетаются с телерепортажами о бомбардировках Багдада и пленении "джи-ай" лютым врагом. Все понимали: устраивать пир во время чумы крайне неделикатно. С другой стороны, "фабрика грез" не может простаивать ни дня, церемония — священный ежегодный ритуал, в который вбухивается уйма продюсерских денег и из которого выдаивается еще большая уйма рекламных долларов. И вообще, разве шоу-бизнес не призван развлекать солдатушек на привале? Разве отменили церемонию, когда японцы шарахнули по Перл-Харбору? Нет, не отменили. The show must go on!

Николь Кидман

Компромиссное решение было найдено в русле известного анекдота про вдовушку, которая, только схоронив мужа, разрешила-таки любовнику заняться с ней амурами с оговоркой "только медленно и печально". Красный ковер вроде бы обещали скатать, репортеров дистанцировали от боевой траншеи, по которой шествовали в лос-анджелесский театр "Кодак" звезды и звездочки, скабрезные и бравурные шуточки начисто вымарали из сценария "импровизаций" коверного шоумена Стива Мартина. Но "совсем медленно" не получилось — и слава Всевышнему! Дирижеры церемонии явно гнали лошадей, и чтобы вписаться в человечные три с половиной часа, и чтобы не дать распоясавшимся либералам полностью выложить свою повестку дня треклятому Белому дому. Обозначить приличествующую случаю печаль удалось лишь отчасти, поскольку сама природа Голливуда требует улыбок, голых ляжек, сброшенной с плечика бретельки, бриллиантов, хохм, бурлеска и сладкой патетики. Случилось, как на поминках: поначалу все вздыхают и нурят очи долу, но, опрокинув стопку-другую, повышают тон, смеются, травят анекдоты про тещу и даже порываются в пляс.

Более миллиарда зрителей в 150 странах мира, включая доблестных "джи-ай" и, возможно, самого главного черноусого Злодея в одном из своих дворцов с обязательной для диктаторов спутниковой связью, лицезрели самую странную, самую непредсказуемую, самую напряженную и самую магнетическую церемонию за последние годы.

Ричард Гир

Я ставлю высший балл Стиву Мартину. Именно он смог первой же шуточкой придать обреченному на двусмысленность шоу спасительный тон самоиронии. "Мы сняли красный ковер, — гордо сказал он и угрожающим тоном добавил: — Это наше послание ИМ". В антивоенный митинг оскаровское шоу не превратилось во многом благодаря Мартину, как бы "подмигнувшему" голливудцам: ребята, мы все не дураки, рубим фишку, с ястребами-республиканцами додеремся потом, а сейчас давайте сохраним хорошую мину и не испортим праздник, который мир ждал целый год.

Самые радикальные персонажи голливудской тусовки, включая Сьюзан Сарандон и Дастина Хоффмана, а также известного либерализмом во всем испанского гения Педро Альмодовара, высказались против войны в самом общем плане, без инвектив, грома и молний, а деликатно-задушевно, как бы сослагательно-рекомендательно. Вот было бы славно, если бы весь этот ужас быстро разрешился и ребята вернулись по домам... У многих голливудцев на лацканах смокингов и отворотах платьев голубели значки с эмблемой "мир", а их носители то и дело совали в телекамеру два сложенных буквой V пальца, что, как мы помним, у хиппи 70-х означало неизбывную уверенность в победе добра над злом.

Бунтовщий Майкл Мур

Единственным открытым смутьяном, как и предполагалось, оказался отвязный толстяк Майкл Мур, знаменитый своими сложнопостановочными кинопровокациями. Он вышел получать приз за "Боулинг для школы Колумбайн" в категории "Лучший документальный полнометражный фильм". Это едкая и изобретательная сатира, агитирующая против свободной продажи оружия в Америке. Таким же твердолобым агитатором Мур повел себя на сцене. "Мы живем в фальшивое время, — почти прокричал Мур, — с фальшивыми результатами выборов, на которых избираются фальшивые президенты. Мы живем в то время, когда нас посылают на фальшивую войну. Мы против войны, мистер Буш. Стыд вам и позор!"

Конец эскапады новоявленного Гракха потонул в ропоте неодобрения явно покоробленного зала и децибелах предусмотрительно грянувшей музыки. Со статуэткой "Оскара" в руке возбужденный Мур предстал перед репортерами на задах "Кодака" и продолжал клокотать эмоциями. "Я американец и не оставляю свое гражданское чувство у входа в зал. Я показал, как важна для нас свобода слова, как важно, чтобы каждый американец имел право бороться в соответствии со своими убеждениями".

Но лобовое правдолюбие в тот деликатный вечер никак "не хиляло". Поэтому Мура и "забукали" коллеги, очевидно, разделяющие пафос его обличительства (boo — американский возглас неодобрения).

На фоне провала левого агитпропа особенно впечатлил триумф общечеловеческой концепции "медленной печали", которую великолепно реализовал уроженец Квинса Эдриэн Броди, сыгравший главную роль в антивоенной драме Романа Поланского "Пианист". Что особенно ценно, 29-летний лауреат актерской премии (самый молодой за всю историю церемонии!) явно не сыграл ликующее смятение "по Станиславскому", а просто поддался спонтанному чувству. Он ошалел от счастья, когда Холли Берри открыла конверт и назвала его имя, а не очевидных фаворитов Джека Николсона, который уже нацелился на четвертого "Оскара" за прекрасно сыгранного пенсионера в "О Шмидте" и не Дэниэла Дэй-Льюиса, красочного злодея из брутального эпоса "Банды Нью-Йорка".

Кэтрин Зита-Джоунс, Майкл Дуглас и "Оскар"

С лицом плачущего Арлекина, шатаясь от волнения, Броди выбежал на сцену и так смачно засосал чернокожую красотку, что та потом украдкой утирала губы. Пролепетав какую-то милую чушь, парень вырулил на главную тему, связав трагическую одиссею своего персонажа, еврея-пианиста Владислава Шпильмана, чудом спасшегося от Холокоста, с переживаниями текущего момента. "Давайте молиться за мирное и быстрое разрешение (войны)", — сказал сквозь слезы Броди. Камера крупно высветила залитое слезами лицо его матери, по профессии фотожурналиста. Зал встал в единодушном порыве солидарности.

Помимо военного фактора, из-за которого на звездном небе, опрокинутом в зал, зияли черные дыры неприехавших "протестантов" и неслыханно наэлектризовалась атмосфера, само соревнование номинантов оказалось сложнейшей шарадой. Несколько блистательных фильмов схлестнулись в схватке за голоса академиков. Такого жесткого конкурса я что-то не припомню.

В упорной борьбе победу одержал ретро-мюзикл "Чикаго", получивший награды в шести номинациях, в том числе в главной — "Лучший фильм года". Продюсер Мартин Ричардс, долгие годы пробивавший свое детище на экран, вывел на сцену подлинного триумфатора — режиссера-дебютанта Роба Маршалла, сумевшего в телегу искрометной кинофантазии впрячь самых разнообразных лошадок — от хрупкой и кокетливой блондиночки Рене Зеллвегер до корпулентной рэперши Куин Латифы, бюст которой телекамера с очевидным трудом вмещала в рамку кадра.

Дэниэл Дэй-Льюис

Но, разумеется, внимание всей сплетнелюбивой мировой общественности было приковано к еще одной "чикагской" красотке — очень беременной Кэтрин Зите-Джоунс, удостоенной премии за лучшую роль второго плана. В январе на пресс-джанкете "Чикаго" в Манхэттене, в котором я принимал участие, Кэтрин сказала с улыбкой, что морочит голову публике. Она не называла даты предполагаемых родов, чтобы отвязаться от шлейфа папарацци. Но целая череда телепразднеств и конкурсов, предшествовавших "Оскару", выявила неумолимое развитие внутриутробных событий. На одном из самых недавних обворожительнейшая супруга Майкла Дугласа, ставшая похожей отчасти на дородную гусыню, успокоила собравшихся, заверив, что "воды еще не отходят". Какие там "воды"! Презентуя вместе с Латифой песню из фильма (кстати, не лучшую), Кэтрин скакала и жестикулировала так, словно забыла про свое весьма интересное положение. Публика заметно беспокоилась: как бы разошедшаяся не на шутку валлийка вместе с песенным рефреном не выплеснула ребенка.

Почему победил "Чикаго"? Потому что чистый "фан", высший пилотаж развлекаловки. Потому что удачный мюзикл, что большая редкость. После "Кабаре" и "Лихорадки субботнего вечера" ничего путного не было. Потому что студия-производитель "Miramax" избрала удачную и, как оказалось, беспроигрышную тактику, поставив на двух фаворитов сразу — на "Чикаго" и на "Банды Нью-Йорка". Реклама была мощной, назойливой, непрерывной. Может быть, даже излишней, как полагают эксперты.

Слишком наглое проталкивание "Банд" сослужило дурную службу режиссеру Мартину Скорсезе. Букмекеры ставили на него, практически не сомневаясь в победе. Но в режиссерской номинации победил Роман Полански, творец "Пианиста". Его шансы котировались весьма низко. Нет, картина замечательная и сильная, лучшее, что он снял за последние годы, но сам он в Америку "невъездной" по причине давней, двадцатипятилетней давности, разовой "шалости" с 13-летней девочкой (все произошло в доме у дружка Николсона). Как и преступления нацистов, сексуальные насилия в Америке прощения не имеют, и поэтому, рискни Полански приехать, загремел бы в кутузку сразу же из аэропорта. Но соображения политкорректности отступили перед гуманистической мощью фильма. Я полагаю, что по справедливости режиссерский приз надо бы разделить между Поланским и Альмодоваром ("Поговори с ней"), но это противоречит регламенту, а он соблюдается неукоснительно.

Кэтрин Зита-Джоунс и "Оскар"

Хорошо бы правила отчасти подкорректировать. И вот почему. Категория "Лучший фильм на иностранном языке" потрясает в этом году отсутствием того же Альмодовара, снявшего, по мнению многих критиков, лучший фильм своей карьеры. Дело в том, что оскаровский комитет Испании не выдвинул его на соискание, а предложил другой фильм, который благополучно провалился и не вошел в пятерку номинантов. Почему комитет не выдвинул ленту, признанную лучшим фильмом Европы 2002 года? А шут его разберет, может, подумали: хватит, все Альмодовар да Альмодовар, из года в год, жирно будет, надо же и другим дать шанс. Печальная интрига про то, как российские "оскаровцы" кинули перспективную "Кукушку", предпочтя ей "Дом дураков", известна, повторяться не будем.

В отсутствие главного фаворита торжествовала немецкая драма "Нигде в Африке" режиссера Каролин Линк о еврейской семье, бежавшей от нацистов в Кению. Картина добротная, но не великая и, уж конечно, уступающая самобытной и щемящей притче "Человек без прошлого" финна Аки Каурисмяки. Но, вероятно, путь к сердцу оскаровского академика лежит через космополитический мейнстрим, а не через европейскую маргинальность. Когда были объявлены номинанты, Линк на пару дней приезжала в Нью-Йорк. Я с ней беседовал на приеме в немецком консульстве и уяснил из разговора, что свои шансы на успех она расценивает невысоко, а главная ее забота — только что родившийся ребенок, которого она рискнула взять с собой в поездку за океан.

Полагаю, чтобы избежать тусовочной свары и вопиющего субъективизма, селекционеры оскаровской академии должны сами, без посредников в лице национальных комитетов, отбирать фильмы от каждой страны. Допустим, из пяти предложенных комитетами лент, да больше сильных кандидатов вряд ли наберется.

Педро Альмодовар

Триумф Николь Кидман, удостоенной премии за роль писательницы Вирджинии Вулф в трехсекционной философской драме "Часы" Стивена Долдри, подсказывает будущим соискателям рецепт успеха. Сделай все, чтобы тебя не узнали, и пожинай лавры. Пресловутый искусственный шнобель, сделавший Николь жутко некрасивой и жутко умной, стал, как и на церемонии "Золотой глобус", предметом шуточек, впрочем, вполне беззлобных. В какой-то момент выступления австралийки мне показалось, что ее фирменный вздернутый носик стал вытягиваться, как у Бениньи в плохом фильме про Пиноккио, но это, видимо, был обман зрения, утомленного непрерывным сидением у телеэкрана.

Ах, война, что ж ты сделала... Не приехали многие: те же Каролин Линк и Аки Каурисмяки (он еще и протестующее письмо направил), скандальный рэпер Эминем, сказавшийся дюже занятым, японский аниматор-кудесник Хаяо Миядзаки, многие знатные голливудцы. А вот душка Питер О'Тул, голубоглазый британец-ветеран, непревзойденный Лоуренс Аравийский, передумал в последний момент. Когда ему сообщили, что собираются награждать почетной статуэткой за достижения карьеры, он отказался: мол, еще молод, всего 70 лет, хочу побороться за обычного военно-полевого "Оскара", а почетного давайте, когда стукнет 80. Но, видимо, уломали. О'Тул приехал и разразился изысканнейшим спичем, который можно печатать в пособии для начинающих джентльменов.

Итоги киногода — не только праздник, но и "прощание с матерыми", которому был посвящен волнующий киномонтаж. Оскаровская церемония в этой части сродни всемирному кинематографическому профсобранию. В 2002 году ушли из жизни замечательные мастера — Род Стайгер, Джон Франкенхаймер, Хорст Бухгольц, Альберто Сорди, Ричард Харрис, Джеймс Кобурн, Билли Уайлдер, Дадли Мур и другие. Зал скорбно затих, время от времени вспыхивая благодарными аплодисментами. Обстановку вовремя разрядил Стив Мартин, сострив: "Мы решили сделать теперь монтаж про живых, о которых вы думаете, что они умерли".

Питер О'Тул

Такой примерно монтаж, а вернее, неожиданную и фантасмагорическую презентацию "вживую" зрители церемонии увидели на сцене в финальной части шоу. Ведь церемония была юбилейная, 75-я, и если бы не чертов Ирак, главный продюсер Гил Кейтс такого бы нагородил, что мало бы не показалось. Но и то, что явили, впечатлило. Занавес раздвинулся, и мы увидели звездопад. Все (ну почти все) ныне живущие лауреаты актерских "Оскаров" сидели рядком и улыбались. 59 немеркнущих звезд плюс 5 сверхновых! Камера медленно (действительно медленно!) плыла от лица к лицу. Кто-то узнавался сразу — Том Хэнкс! Дэнзел Вашингтон! Мерил Стрип! Джулия Робертс! А кого-то из тех, кому за 70, вспоминали только после того, как звучало название фильма, прославившего лауреата. Кино тоже не всегда выдерживает испытание временем, призы не всегда даются вечнозеленым шедеврам.

Но что поразительно: мифология Голливуда стала настолько самоигральной, изощренной и гибкой, что может выглядеть победительно в любой ситуации. Главная ее составляющая — преемственность поколений, причастность каждого из них к великой (преувеличения нет!) традиции цивилизованной развлекательности, транспортирующей мировому населению, преимущественно под сурдинку, а иногда и в лоб самые разнообразные, но сугубо западные ценности — религиозные, гражданские, просветительские, социокультурные. В любую политическую погоду, даже когда хляби угрожающе разверзаются, как сегодня, рыцарь "Оскар" будет, похоже, стоять, как скала, несокрушимо, в элегической задумчивости, опираясь на меч и благородно посверкивая золотыми плечами

Секс-символ Америки Дженнифер Лопез прибыла на церемонию под ручку со своим теперешним миленком Беном Эффлеком. На Джей Ло был надет умопомрачительный бирюзовый наряд, ранее принадлежавший Жаклин Кеннеди-Онассис. Тоже преемственность.

Источник

Posted in: