Возвращаясь к жизни

Чтоб не скучали без меня, ставлю вам немного измененный пост из моего блога в ЖЖ. Ведь не все туда ходят. А он касается кино. Я чувствую себя значительно лучше и сажусь плотно за работу.



Сижу тут над расшифровкой пресс-конференции с актерами и создателями фильма Рождественская история и удивляюсь. Первые пятнадцать-двадцать минут наш модератор - один знаменитый местный журналист (широко известный в узких кругах) беседовал с присутствующими Бобом Хоскинсом, Робин Райт, Джимом Керри, Джеком Рапки, Стивом Старки и Бобом (как он его называл) Земекисом. Мы тут сидим, как на концерте, а они там на сцене мило так беседуют, даже не глядя в зал. Мы переглядываемся в недоумении, а он разошелся там не на шутку. Все они смеются, подшучивают друг над другом, словно нас тут и нету. Какова этика? А некоторые товарищи у меня спрашивают - почему мы не любим местную прессу. А вот потому и не любим, что тащат одеяло на себя всякий раз, когда мы с ними оказываемся на одном джанкете.



Вот еще такое наблюдения с этого события. Робин Райт меня удивила. Впрочем, можно ли назвать мои часто приподнятые ухо и бровь (как у собаки, когда она вас слушает) удивлением. Тут должно быть какое-то другое слово или два, например, "как интересно!"







(фотография неудачная прошу прощения, но не получилось лучше, в спешке делалась)



Так вот Робин Райт была в милом темно-сером брючном костюмчике из какой-то явно легкой (может плотного шелка) ткани. Пиджачок поверх белой рубашки с открытым воротничком, узенькие брючки до щиколоток, а дальше (мои бровь и ухо приподнимаются) темно-синие полукеды с белыми, как положено, шнурками. В таком выборе несомненно кроется некое послание смотрящим: "Вот видите, я могу быть элегантной, как и положено женщине в моем положении, но все же я вполне демократична и молода душой." Принято! Ну, худоба голливудских дам мое ухо и бровь уже не приподнимают... А вот тот факт, что, даже отвечая на вопросы журналистов, которые, впрочем, не очень ею и интересовались, она смотрела куда-то в потолок, поверх наших голов. Бедная Робин на пресс-конференции явно скучала. Когда кто-то из ее коллег отвечал, если не на вопрос,то во всяком случае на свой внутренний монолог, она по-прежнему изучала что-то на потолке, на стенах (благо, что в бальном зале Four Seasons была лепнина какая-то и красивые шелковые панели, есть на что взглянуть), поверх голов долго смотреть ей было неловко, так как за нами возвышались телекамеры, записывающие все это дело, получалось, что смотрела она прямо в камеру. Рассеянная улыбка блуждала на ее лице, выдавая безучастность к происходящему. На вопрос одного умника "как слава (fame) вас изменила", обращенный ко всем присутствующим "талантам" (*сноска: талантами называются все, кто принимает участие в создании фильма, кроме "низшего эшелона", конечно. Вот, если бы я не заболела и вела прямой репортаж с моей физиономией на экране, я бы тоже была "талантом", а так - просто Наташа), после ответа всех остальных, она не отреагировала сразу, по-прежнему рассеянно изучая лепнину потолка; и только, когда Джимом Керри сидящий с ней рядом, ткнул ее локтем в бок, она встрепенулась, сплела пальцы, уставилась на них невидящим взором и через вздох сказала: "Я не знаю славы." Моя приятельница - журналист - на мой недоуменный взгляд прошептала с сочувствием в голосе и глазах: "Она разводится..." словно этот факт должен объяснить, что Робин не считает себя знаменитой. Наверное, в этом есть доля правды, в таблоидах ее разводу не уделено так много места, как жизни Анджелины и Брэда во Франции, или где они там в настоящий момент проживают.



Конечно, я тоже вылезла с вопросом, и, хотя желающих было много, каким-то чудом мне дали микрофон. Тут я спорола глупость,забыв, что не за круглым столом в тесной компании, а на пресс-конференции, да еще и с местной прессой. Вместо того, чтобы спросить как Джимом Керри работал над dramatic arc его "характера" (**сноска: характером на местном "жаргоне" называется персонаж в кино, на телевидении или в театре. Я часто использую это слово, но в кавычках для ясности.) я выдала вопрос, который ошеломил меня самое, чего уж тут говорить об остальных?! "Мой вопрос ко всем присутствующим актерам: "Мы видим как быстро набирают обороты новые технологии в кино, не успеем оглянуться, и все выходящие в прокат картины будут трехмерными. Как вы думаете это отразится на профессии актера: отнимет ли что-то у вас, - ведь вы не сможете смотреть ежедневно отснятый материал, чтобы увидеть результат своих усилий сразу; или же просто добавит вам дополнительную сложность (challenge) - вам приходится играть в облегающих тело костюмах с точками сенсоров и с нелепыми шлемами на голове?" Ответом мне было гробовое молчание секунд так пять.



Потом Джим протянул руку к Бобу Хоскинсу и сказал: "Боб, как ты думаешь?"



Боб от полудремы, в которой пребывал все это время, "А?! Что?! Кто?!"



"Вопрос тут задали", - говорит Джим



"Какой вопрос? - Боб стал шарить глазами по залу в поисках вопроса.



Джим махнул в мою сторону, я встала, умирать так с музыкой и стоя.



"Повтори вопрос", - потребовал знаменитый англичанин.



Я покорно повторила, слово в слово. Боб задумался на секунду и очень умно ответил, что было бы здорово, если бы очки не приходилось надевать. Вот когда будет трехмерное кино без очков, тогда и поговорим. А вообще, конечно, технологии шагнула вперед, да... серьезно шагнули. Джим сидел молча улыбаясь, поигрывая переплетенными пальцами, сложив их на животе. Колин Ферт глядел в потолок, его тоже заинтересовала лепнина. Робин Райтсмотрела в камеры, словно ждала оттуда поддержки. Продюсеры внимательно слушали Боба Хоскинса, очень внимательно, даже как-то напряженно, ну, на то они и продюсеры... Земекис явно недоумевал, о чем тут вообще речь идет? Боб стал оглядываться в поисках поддержки. Джим Керри сжалился над ним и сказал, что-то невразумительное про технологии же и про то, как он в них верит. И опять - пауза.



Модератор заволновался и стал кивать кому-то, что, мол, давайте следующий вопрос. Я села в глубокой задумчивости: может вопрос бестолково сформулировала или слова поставила не в том порядке. Соседка слева - Кирпи из Финляндии, стала утешать, нормальный вопрос, и спросила правильно, просто им он неинтересен оказался или не поняли сути. "А ты поняла? - спрашиваю. Кирпи смеется: "Конечно поняла, я же не "талант"!



Однако, как после правильно заметила другая моя коллега, вопрос я поставила слегка некорректно, не уточнив, что говорила только о технике performance capture, свалив все в одну кучу. Неудивительно, что вопрос остался непонятым. А может быть и не столько непонятым, сколько надоевшим? Та же коллега отметила, что с появлением новых технологий актерам стали часто задавать вопрос о том, что станется с их профессией, и они изрядно подустали от него. Однако, я полагала, что задала вопрос не совсем об этом.



Так или иначе, я была, конечно, немного огорчена. В следующий раз буду задавать вопросы простые короткие и немудреные.
Источник

Posted in: